Живой Журнал. Публикации 2009

История из старых запасов: "Слово о бригаде плохишей"

В то давнее время, когда вода была мокрее, сахар слаще, а рубли были большими, я работал в школе. Несмотря на величину рублей, жизнь была негуста. А школа моя была с обратной селекцией.

То есть, как только в других школах по соседству освобождалось место, из моей исчезал мало-мальски смышлёный ученик. Зато у меня в восьмом классе учился Бригадир Плохишей. В ту пору появились, как их называли, "Гайдаровы команды" — школьники, размазывавшие грязь на лобовых стёклах тех машин, что встали на светофоре. От них откупались несколькими большими рублями — потому что они могли просто разбить стекло или зеркало.

Бригадира отличало то, что он нанял себе охранника — из десятиклассников.

Я учил плохишей странным премудростям этики и психологии семейной жизни. Должен был учить и сборке-разборке автомата, но они знали это без меня. Да и автоматы Калашникова исчезли из школ, а второй мой предмет назывался теперь "Обеспечение безопасности жизнедеятельности". Впрочем, учителей не хватало, и я ещё шелестел географическими картами и крутил на своём столе облупленный глобус.

И вот, угрюмым ранним вечером, когда я проверял тетради, ко мне пришёл Бригадир Плохишей.

— Мне нужно три в четверти, — уверенно сказал он.

— Хорошо, — отвечал я. — Приходи завтра, ответишь.

— Нет, вы не поняли, — уже угрюмо сказал Бригадир Плохишей. — Сколько?

Тут я вспомнил, что один мой бывший родственник писал как-то в такой же школе сочинение про советского Ивана Сусанина. Советский Иван Сусанин завёл в болото немецко-фашистскую гадину, а когда та пыталась выкупить свою гадскую жизнь, отвечал:

— Советские офицеры не продаются за такую маленькую цену.

Однако Бригадир Плохишей не был любителем юмора, а был, наоборот, человеком практическим.

Поэтому тем же вечером меня за школой встретило пятеро его подчинённых. Тут есть известная тонкость воспитательного процесса — я не был настоящим педагогом. Оттого, меня не мучили угрызения совести, когда я разбил нос одному и вмял двух других стеклочистов в ноздреватый чёрный снег городской окраины. Ведь, устраиваясь на работу по знакомству, я не подписывал никаких обязательств. Никто не довёл до моего сведения под роспись, что нельзя драться с учениками.

Отряхнувшись и подняв шапку, я продолжил дорогу домой.

Много лет спустя, я ехал к хорошему человеку в гости. Перепутав автобус, я оказался неподалёку от места своей учительской работы. Чёрная тень овального человека качнулась от остановки. И это меня — правильно, сразу насторожило.

— Владимир Сергеич, вы меня не узнаёте? — спросила тень, и я на всякий случай подмотал авоську с бутылкой на запястье, чтобы разбить бутылку о чёрную голову.

Тень качнулась обратно:

— Ну, Владимир Сергеич, я же вам пиво проспорил, а вы тогда сказали, что только после школы можно. Базаров нету, пиво-то за мной. Заходите…

Но история про этот спор с пивом — уже совсем другая история.

лучший подарок автору — указание на замеченные ошибки и опечатки

Извините, если кого обидел.

02 ноября 2009