Живой Журнал. Публикации 2009

История из старых запасов: "Слово о пенатах"

Давным давно, когда вода была мокрее и сахар слаще, а я проживал близ города Санкт-Петербурга.

Как-то я решил посетить репинские пенаты. Места вокруг там довольно специфичные — такое впечатление, что герои всех бандитских петербургских сериалов купили там себе землю и понастроили фортификационных сооружений. Причём через дорогу там действительно находятся остатки финских бронеколпаков и пулемётных гнёзд. Разница только в том, что финские развалины были серыми, а строящиеся бандитские дома — ярко красными.

Я несколько раз в жизни пытался попасть в репинский музей — и все мне было заказано. Не то, что бы я жизни не мыслил без Репина, но очень меня раздражало, что музей то закрыт на ремонт, то в нём вечный обед — большая жратва, то все ушли на выходной.

Но теперь я дорвался-то до музея. Несколько беседок, что стоят в огромном саду, носят какие-то греческие названия. Самая высокая беседка, напоминающая пограничную смотровую вышку, лишена ступеней. Чтобы туда не лезли, а потом не прыгали вниз головой оттуда репинские фанаты, видимо. Артезианский колодец забит монетами и не журчит струёй. А могила художника, спрятанная в кустах, окончательно делает Пенаты похожими на Ясную Поляну.

Внутренность хаотического дома забавна, но единственный говорящий сотрудник там злобная старушка, велящая надевать музейные тапочки голосом армейского старшины. Так прямо кричит — ужас!

Но самое интересное в этом музее не это. Дело в том, что он похож на самолёт.

Точь-в-точь, как стюардесса в салоне самолёта, молча улыбаясь, учит пассажиров обращаться с надувным спасательным жилетом, на середину каждого зала выходит безмолвная старушка. Затем звучит механический голос, и старушка тычет указкой в предметы обстановки. Лицо её бесстрастно, губы сжаты, что придаёт всех ситуации очень странный оттенок.

Я так впечатлился, что ушёл из музея в казённых тапочках.

Тех самых.

Извините, если кого обидел.

01 декабря 2009