Живой Журнал. Публикации 2007

История про фантастов (XXX)

…Но это ещё ладно — я видел писателя Мидянина. Писатель Мидянин был строен, но плотен, спортивен, но изящен. Ходил он весь в чёрном, всё на нём было чёрное — и штаны писателя Мидянина, и сюртук писателя Мидянина, и плащ писателя Мидянина, и перчатки, и даже ремешок от часов. Меня даже заинтересовало — действительно ли всё у него чёрное, и поэтому я зазвал писателя Мидянина в баню.

А баня — это ведь такое место, где всё открывается. Зазовёшь в баню какого-нибудь Русского Фашиста — он, конечно, отнекивается, увиливает под разными предлогами. Говорит, что уже выпил водки, оттого в бане ему делать нечего, или там нездоров, но его можно разными способами довести до бессознательного состояния, придти с ним в баню — а там-то всё и откроется.

Снимет Русский Фашист малахай, валенки, косоворотку, пудовый нательный крест, наконец, порты сымет — и увидите вы шовчик, которой только в Бердичеве делают, потому что у рабби Гольдмана руки дрожат. Это всякий знает.

Или, скажем, вломишься в баню, где какой-нибудь вор в законе сидит, и опять сделаешь открытие. Окажется, что на крючке в раздевалке висят колготки с лайкрой, а на самом авторитете вовсе нет наколок с соборами и церквями. Наоборот, на левой груди, где должен быть профиль Сталина, только Мариинский театр в анфас, ложи блещут, и четыре пидораса пляшут танец маленьких лебедей.

Поэтому я привёл писателя Мидянина в баню. Оказалось что и трусы у него тоже чёрные, семейные, но хорошо приталенные — ничего неожиданного, зря я только деньги потратил. Писатель Мидянин после бани снова надел всё чёрное, завернулся в свой чёрный плащ и усвистел по неотложным делам.

Надо сказать, что писатель Мидянин в очередной раз ушёл живым. Это, как известно, страшный человек, и топить его — непременное развлечение на всех Конвентах. Однажды мы собирались утопить его в банном бассейне — ан нет, не вышло. Сначала мы действительно пошли вместе баню, но сразу как-то размякли. Писатель Бурков принялся травить анекдоты, я растил в себе похоть, журналист Грелкин и вовсе думал себе думку — каждый был занят своим делом. Так и прохлопали Мидянина.

Но мы не теряли надежду — пошли в баню на следующий день.

Однако Мидянин скупил все сеансы в той бане, где был бассейн. Пришлось идти в иную баню, баню для иных.

Там не то, что бассейна, ванны порядочной не было.

Оттого Мидянин ходил гордый — что, дескать, не вышло? Не вышло, упыри?

И правда, не вышло.

Как ему это удавалось — неизвестно.

Наверное, многое можно было бы понять, прочитав книги писателя Мидянина, но до этого у меня как-то не доходили руки.

Чего греха таить, многие считают писателя Мидянина вампиром. Один злопыхатель, увидев летающего Мидянина, решил проткнуть его колом — да не обычным осиновым, а бетонным. Выглядело это довольно глупо: Мидянин идёт себе со службы, а за ним бежит человек и кидается бетонными конструкциями. Грохот, пыль, арматура летит… В результате Мидянин по своему обыкновению залетел внутрь туннеля метро на Войковской, этот Ван Хельсинг начал втыкать бетонные колы прямо через асфальт — проделал несколько дырок, повредил полдюжины вагонов, напугал народ, но своего, разумеется не добился.

Срамота одна.

А слух о вампиризме Мидянина совершенно не имеет под собой оснований — во-первых, если он и пьёт кровь, то это ещё ничего не значит. Во-вторых, если человек всегда выглядит бодрым и свежим, может, он просто утром отжимается от пола, подтягивается на турнике и правильно питается. Меня удивляло другое: писатель Мидянин не пил православной водки, не пил протестантского пива, и католического вина он не пил. Экуменический виски был ему чужд. Пил он только мескаль.

Я понял, что ключ к его тайне нужно искать с помощью этого напитка, потому что читать его романы у меня не было никаких сил. На одном из фантастических Конвентов мы зашли в уютный уголок под лестницей, уселись друг напротив друга, и жидкая агава упала к нам внутрь. Потом она снова упала, зашевелились белые червяки, подняли свои головы в бутылках, вокруг встало облако красного перца. Наконец, эти червяки-гузано поползли по стеклу к выходу, прямиком к нам во рты. Местность озарилась неверным светом, как от плохо работающей аквариумной лампы.

— А?.. — спросил я.

Тогда писатель Мидянин сурово посмотрел мне в глаза и произнёс:

— Видишь ли, всё происходит оттого, что люди похожи на светящиеся коконы…

Извините, если кого обидел.

05 апреля 2007