Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 19

— Слушаю вас, — посерьёзневший учитель сел на лавку напротив, и, несмотря на всю мою подготовку к разговору, я продолжила не сразу, обдумывая следующую фразу.

— Ментор, я… Я, надеюсь, не сильно вас разочарую, если скажу, что весьма смутно представляю, как управлять Блессвудом. А времена сейчас непростые, и поэтому мне очень нужно… Очень нужны добрый совет и ответы на вопросы. Возможно, глупые, но для меня важные.

— Конечно, ваше сиятельство, — Колридж с полным пониманием склонил голову. — Спрашивайте: что смогу, обязательно подскажу.

Я благодарно улыбнулась в ответ и начала:

— Ментор, Блессвуд ведь получает основной доход от продажи леса? Почему же тогда лесопилка только у барона? — И, прежде чем собеседник взялся отвечать, торопливо добавила: — Нет, я понимаю про реку. Но почему мы не отправляем доски… Ну, хотя бы морем?

Колридж тихонько хмыкнул:

— Так вы всё-таки запомнили часть из моих объяснений? Рад, очень рад. Только как же тогда вы забыли историю отношений вашего рода и Хантвудов?

Я виновато развела руками, и учитель, характерным жестом поправив очки, начал:

— Блессвуды и Хантвуды пришли на эти земли вместе; легенды утверждают, что они даже приходились друг другу дальними родственниками. Связанные узами крови и вассалитета, оба рода рука об руку осваивали здешний суровый край. Сейчас невозможно сказать, сознательно ли первый из баронов решил занять приречные земли. Однако он это сделал и получил в свои руки не только торговый путь, но и движущую силу воды. А поскольку в ту пору положение Хантвудов было однозначно подчинённым, графы Блессвуд не стали ничего менять.

— Пока не изменилась ситуация, — подхватила я, и Колридж удовлетворённо заметил:

— А, так вы помните! Да, около сотни лет назад баронам захотелось больше независимости, и тогдашний граф не сумел или не пожелал в зародыше погасить это стремление вассалов. Оба рода всё больше становились партнёрами, появились первые договоры о поставках леса через посредничество Хантвудов. Суммы в бумагах становились всё менее символическими, и наконец графы стали платить бывшим вассалам по полной цене.

А теперь Хантвуд, пользуясь ситуацией, хочет в принципе избавиться от «прослойки» между ним и лесом, то есть богатством. Молодец, ничего не скажешь.

— Но почему мы, — я вовремя заменила местоимением «графы Блессвуд», — соглашались на это? Почему не запустили свою лесопилку? Разве в лесах мало быстрых ручьёв и речушек?

— Их хватает, — не стал опровергать Колридж, — однако это не решает проблему торговых путей.

Я собиралась повторить свой вариант, но собеседник продолжил:

— Да-да, море. Смею напомнить: очень бурное и с опасным фарватером, где отваживаются ходить лишь варвары норды.

Так-так.

— А с этими нордами разве нельзя заключить договор? — хлопнула я ресницами.

— Вряд ли это выйдет дешевле, — вздохнул Колридж. — Тем более их отношение к «сухопутным червякам» очень… своеобразное.

Ясно. Но всё же это надо обдумать.

— Ментор Колридж, — я подозревала, что вряд ли получу приемлемый ответ, однако обязана была спросить, — как вы думаете, Блессвуд может ещё как-то зарабатывать деньги? Пушниной или…

— Мне странно слышать от вас такое! — перебил собеседник, и очки его осуждающе блеснули. — С незапамятных пор графы Блессвуд живут с лесом в мире, охотясь в меру, договариваясь, где и когда рубить деревья, и не забывая высаживать новые. А вы предлагаете разорвать вековые узы этого сосуществования?

— Нет-нет! — поспешила отказаться я. — Это был просто, э-э, пример.

Колридж покачал головой:

— Простите, ваше сиятельство, но пример плохой. И, к сожалению, я не могу привести хороший.

Что же, ожидаемо. Зато какую интересную информацию я получила, пускай и попала впросак. Жаль, правда, теоретическую: вряд ли у меня, чужачки в теле Сильвии, остались графские способности.

— Спасибо, ментор Колридж, — искренне поблагодарила я, вставая. — Вы очень помогли.

— Сомневаюсь, — вздохнул учитель, следуя моему примеру. — Но я буду рад, если и в дальнейшем смогу быть вам полезным, ваше сиятельство. И прошу прощения, что встреваю не в своё дело…

Он замолчал, и я подбодрила:

— Слушаю вас.

— Я прошу, — медленно начал Колридж, — чтобы даже после свадьбы вы не оставляли управление графством полностью на откуп супругу. Словом леса владеют только Блессвуды, и лишь к ним он прислушивается. Я бы не хотел, чтобы рвение господина барона…

— Жажда наживы, — не удержалась я от поправки и заслужила удивлённый взгляд.

— Можно и так сказать, — согласился Колридж, — так вот, я бы не хотел, чтобы она привела к разладу между людьми и более могучими и древними силами.

— Поняла, — серьёзно кивнула я. Замялась в сомнении: говорить или нет? И всё-таки продолжила: — Я вообще хотела бы разорвать эту помолвку.

— Желаю вам всяческой удачи, — искренне сказал Колридж. — И ещё раз говорю: вы можете на меня рассчитывать во всём, что мне по силам.

Я не сдержала улыбку и протянула учителю ладонь:

— Хорошо, ментор Колридж.

И хотя этот жест вновь удивил его, рукопожатие у нас вышло по-дружески тёплым.