Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 76

Несмотря на все хлопоты, я больше не забывала о школе ментора Колриджа. Когда была возможность, обязательно делала крюк по дороге в Хантвуд-холл или обратно, чтобы заскочить в Сноридж и проведать учителя.

У него, кстати, прибавилось учеников — бесплатный транспорт и горячие обеды стали весомым аргументом для родителей отпускать детвору на учёбу. А поскольку теперь дела графства должны были пойти в гору, я не поскупилась на новую субсидию. Причём часть её шла на новогодние подарки детям — всё-таки для них этот праздник был более особенным, чем для взрослых.

Вот почему в последний учебный день старого года мы с Файервиндом отложили все дела и после обеда поехали в Сноридж — поздравлять детвору.

— Кстати, вы подготовили эпичный рассказ о битве при Рэлли? — весело подначила я ревизора, когда сани поднялись на последний холм, и оттуда открылся уже знакомый вид на деревушку. — От вас ждут захватывающего повествования.

— И напрасно, — недовольно проворчал Файервинд. — Моё мастерство рассказчика по-прежнему оставляет желать лучшего.

— Вы себя недооцениваете. — Я легонько коснулась его рукава и, подавшись ближе, вполголоса предложила: — Можете начать так: «Мы долго молча отступали. Досадно было, боя ждали. Ворчали старики: "Что ж мы, на зимние квартиры? Не смеют, что ли, командиры чужие изорвать мундиры о линарские штыки"?»

Ревизор фыркнул:

— Складные стихи, но было не так. Во-первых, мы не отступали, а отходили на заранее обозначенные позиции, чтобы внушить противнику ложную уверенность в нашей слабости…

— Тоже отличное начало! — одобрила я. — Вы, главное, карту нарисуйте. Со стрелками, всадниками и всем прочим, как обычно. Детишки открыв рты слушать и смотреть будут.

— Не преувеличивайте, — поморщился ревизор, и хотя он опять зачем-то скромничал, я от него отстала.

***

Никогда бы не поверила, но «Файервинд и дети» оказалось умилительным (а местами и уморительным) сочетанием. Чего стоил его первый приезд в школу, когда детвора поначалу обомлела, а затем с радостными возгласами окружила ревизора, и одна совсем маленькая девчушка, трогая его за рукав, пропищала: «Ой, а вы правда настоящий?». А вторая, постарше, восторженно выдохнула: «Вы та-а-акой красивый!» Не знаю, каким чудом я тогда удержалась, чтобы не захихикать: очень уж обалдевшим выглядел всегда уверенный в себе Файервинд. Если со взрослыми он знал, как общаться, дети, очевидно, были для него загадкой.

Тем не менее общий язык они нашли быстро. Кто-то из мальчишек с придыханием спросил:

— А правда, что вы в одиночку порубили целый отряд врагов? Вот прям как капусту матушка шинкует?

И Файервинд честно опроверг:

— Разумеется, нет. Если ты о ночном бое через Айвен, то нас было два десятка.

— Против двух сотен?

— Против… сотни, пожалуй. И у нас было преимущество: внезапность.

Так, слово за слово, и на доске появилась схема сражения, причём Файервинд не поскупился и на фигурки всадников, и на деревья, и даже на закрытый облачком полумесяц в правом верхнем углу («Очень важно. Мы специально ждали, пока станет темно»).

— Извините нас, ментор, — вполголоса сказала я, стоя рядом с учителем в стороне и наблюдая за спонтанным уроком не то истории, не то военного дела. — Сорвали вам занятие.

— Ничего, — тепло улыбнулся Колридж. — Это очень большая честь, что такой известный человек посетил нашу школу. Дети на всю жизнь запомнят. А кто-то, может, и вдохновится…

Он замолчал, и я не без удивления подхватила:

— На военную службу? Простите, но странно слышать от вас такое.

Учитель неловко развёл руками.

— Вы же знаете, ваше сиятельство: служба — почти единственный способ подняться из низов куда-то выше. Тем более имея какое-никакое, но образование. Хотя дело опасное, спорить не буду. Однако война закончилась, и даст Создатель, мир будет долгим.

— Даст Создатель, — эхом откликнулась я. Перевела взгляд на прохаживавшегося вдоль доски ревизора, на не сводивших с него глаз школьников и всей душой пожелала, чтобы никому больше не пришлось воевать.

Ни детям, когда вырастут.

Ни Файервинду.