Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 61

— Что вы имеете в виду? — Так и не воспользовавшись предложенной помощью, я неуклюже поднялась на ноги. — Я это я.

И покачнулась от внезапно накатившего приступа слабости.

— Несомненно, — хмыкнул ревизор, поддержав меня под локоть. — Ладно, разберёмся позже. Идёмте к саням.

Разумное предложение, если не брать во внимание то, где он эти сани оставил и как кони пережили творившееся на поляне.

Ну, и ещё один момент.

— Подождите! — запротестовала я. — А что с ними?

— С кем? — Файервинд равнодушно мазнул взглядом по телам Делии и ловчего. — А-а. Они мертвы. Контракт с Тенью высасывает жизненные силы, заменяя их энергией Изнанки мира. Стоит связи оборваться, как заключивший сделку человек умирает. Но это лучше, чем остаться вечным скитальцем по мёртвым мирам.

Почему-то от последней фразы меня пробрала дрожь. И всё же я продолжила упираться:

— Давайте всё-таки взглянем на них.

Файервинд говоряще закатил глаза, однако подвёл меня к Делии. Я тяжело осела на снег возле неё и заглянула в красивое и бледное лицо.

Трофей, который Хантвуд неизвестно каким образом заполучил и привёз на север. Доведённая до отчаяния настолько, что согласилась на сделку с дьяволом. (С кем? А, неважно).

— Она сбежала и спряталась, — тихо произнесла я. — Хотя, наверное, могла убить.

— И скорее всего, убила, — буднично заметил Файервинд. — Не по умыслу, конечно. От страха, когда мучитель её разыскал.

Я поёжилась и приложила пальцы к шее знахарки. Холодная кожа, ни намёка на биение. Вот только какое-то ускользающее воспоминание, ощущение, что этого недостаточно…

— Вы можете посветить? — спросила я, неожиданно не только для ревизора, но и для себя.

— Да, разумеется, — с лёгким недоумением ответил тот.

— Тогда, — я аккуратно подняла веко на правом глазу Делии, — сделайте так, чтобы свет падал ей на зрачок.

Файервинд скептически хмыкнул, однако щёлкнул пальцами и поднёс к лицу девушки шарик золотистого цвета.

— Мертва, — вздохнула я, следя за её расплывшимся на всю радужку зрачком. — Как жаль.

— Она выпустила Тень, — сдержанно напомнили ревизор. — И это повлекло за собой не одну смерть.

— Вряд ли на тот момент она была в состоянии думать о последствиях, — вздохнула я, вставая.

— И тем не менее, — с непонятным упорством возразил Файервинд, — будь вы на её месте, вы бы так не поступили.

— Ни в чём не уверена, — парировала я и, пошатываясь, перешла к Хендрику.

Почти рухнула на снег и попросила:

— Посветите и на него так же.

Присевший рядом ревизор выполнил просьбу и нарочито равнодушно спросил:

— Что вы там высматриваете?

— Зрачок, — объяснила я. — У мёртвых он не меняется, а у живых на свету становится уже. Вы не знали?

— Нет. — Файервинд был озадачен. — Получается…

Зрачок Хендрика, на который падал свет волшебного шарика, стал заметно уже.

— Он жив! — выдохнула я, испытывая двоякое чувство. С одной стороны, жизнь лучше смерти. С другой, ловчий был предателем, заключившим контракт с этой самой Тенью.

Вот только зачем ему это понадобилось?

— Хм. — Огонёк стёк с пальцев Файервинда и опоясал грудь ловчего. — И впрямь несколько энергетических каналов остались целы. Повезло.

— Он выживет? — И снова я не знала, какой ответ жду больше.

— Как будет везти дальше, — неопределённо отозвался ревизор. — Хорошо, госпожа Блессвуд, а теперь идёмте к саням. Усажу вас и после вернусь за ним.

— Может, я подожду здесь? — Усталость вдруг стала совершенно необоримой. — А вы подъедете сюда на санях.

— Нет, госпожа Блессвуд, — с внезапной жёсткостью отрезал Файервинд. — Одна вы на этом месте не останетесь.

Встал и теперь уже повелительным жестом подал мне руку. И на этот раз я не стала льстить себе и отказываться.

***

— Филипп ждёт нас на опушке.

Двойка лошадей резво везла сани по лесу, и у меня было чёткое ощущение, что животным тоже не терпелось как можно скорее выбраться из быстро сгущавшегося сумрака.

— Прекрасно, — отозвался сидевший на облучке Файервинд. — Тогда вы пересядете к нему, а я повезу Хендрика. Так будет безопаснее.

— Думаете, он очнётся? — Мне это казалось маловероятным — слишком уж глубоким был обморок ловчего.

— Нет, разумеется. Но если в пути меня ударит откатом и я потеряю контроль над упряжкой, вы не пострадаете.

— Откатом? — Интересные новости. — Что ещё за откат?

— Кратковременное истощение, — пояснил ревизор. — Как магическое, так и телесное. Причину долго объяснять, поэтому скажу лишь, что это связано с природой драконов.

Так-так. Не забыть расспросить его, когда буду в лучшем состоянии. А пока имеет смысл узнать лишь одно.

— Скажите, а многие знают, кто вы на самом деле?

— Только вы и его величество, — без заминки ответил Файервинд. — И я очень прошу не распространяться об этом.

— Разумеется, — заверила я. И, заметив впереди просвет опушки, вдруг попросила: — Остановите сани, пожалуйста. Ненадолго.

Ревизор бросил на меня взгляд через плечо. Не знаю, что он там увидел, но поводья натянул, не задавая вопросов. Лошади без желания остановились, и я, не без труда и помощи Файервинда выбиравшись из саней, извиняющеся сказала им:

— Потерпите, пожалуйста. Сейчас поедем дальше.

А затем, чуть ли не по колено проваливаясь в снег, подошла к одной из росших у дороги сосенок. Без раздумий обняла стройный ствол и из глубины сердца выдохнула:

— Спасибо.

По скованному зимним безмолвием лесу пробежал шепоток — так расходятся по воде круги от брошенного камушка. И вернулся ко мне эхом: тебе спасибо, зелёная кровь. Дурное ушло.

— Я рада.

Я растянула замёрзшие губы в улыбке, и в ответ на меня вдруг дохнуло смолисто-хвойным теплом летнего дня.

Возвращайся, зелёная кровь. Лес будет рад тебя видеть.

— Вернусь. Спасибо.

Я отлепилась от ствола и побрела обратно к саням. Файервинд одарил меня внимательным взглядом, но усесться помог без лишних вопросов. Забрался на козлы, прицокнул, погоняя лошадей, и сани резво заскользили из леса прочь.