Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 47

«Ой, мама, кто это?» — хотела пискнуть я, а вместо этого изо рта вырвалось:

— Ой, дворк!

Подождите, кто? Дворк? Может… Гном? Подгорный житель, хранитель подземных кладов и совершенно точно не человек.

«Так они вправду существуют?»

Последнее я нечаянно ляпнула вслух, и дворк заметно обиделся.

— Существуем! — запальчиво ответил он. — Ишь, невежда какая! А я ещё думал, может, помочь? Всё-таки мать-ель за неё просила…

Он сделал вид, что отворачивается, и я поспешила выпалить:

— Нет-нет, помогите, пожалуйста! Я приношу вам глубочайшие извинения! В мыслях не имела вас оскорбить!

— Хм. — Дворк смерил меня задумчивым взглядом. — Ну ладно. Тебя, так и быть, выведу. Мы с лесом соседи, к чему ссориться? Но вот тебе… — В окошке появился длинный узловатый палец и ткнул в доселе молчавшего Файервинда. — Тебе помогать не буду, понял? И благодари за это своего родителя: я ещё не забыл, как он отказался мне платить за Глэдвиг. Мол, не положено драконам всякой мелочи плату давать. Ишь! Вот и кусай теперь локти!

Драконам. У меня уже голова шла кругом. Так все эти замечания о драконьей крови не просто красивые словеса? И Файервинд на самом деле?..

Я поборола желание прочистить горло, а ревизор тем временем равнодушно проронил:

— Нет так нет. Главное, выведи госпожу Блессвуд, а я дождусь, пока расчистят завал.

— Расчистят! — фыркнул дворк. — Держи карман шире! На вас тут целую скалу грохнули — человекам такое в жизни с места не сдвинуть!

Файервинд как будто побледнел, однако сохранил на лице маску бесстрастия.

— Неважно. Забирай госпожу Блессвуд, и уходите.

— Без твоих команд разберусь! — отрубил дворк, и окошко портала расширилось. Теперь я видела это удивительное создание целиком. Он оказался невысоким, мне по пояс, сухощавым и сгорбленным. Носил он сапоги с загнутыми носами и бархатный, богато расшитый золотом костюм, выглядевший на нём кавалерийским седлом на старом осле. Макушку дворка украшала плоская круглая шапочка, из-под которой во все стороны торчали грязно-серые клочья жёстких волос.

— Ну, топай сюда! — махнул он мне. Я машинально поднялась с пола, бросила растерянный взгляд на Файервинда, и тот ободряюще кивнул.

Как будто не оставался на верную смерть в каменном мешке.

Я набрала полную грудь воздуха, словно собиралась нырнуть в прорубь, и обратилась к дворку:

— Простите, пожалуйста, как к вам можно обращаться?

Тот засопел и буркнул:

— Это ещё зачем? Говорю же, идём.

— Простите, — повторила я. — Но я не могу оставить господина Файервинда. Может быть, э-э, может быть, вы как-то договоритесь, и он вернёт вам долг? Со всеми набежавшими процентами?

Дворк скрестил руки на груди и отрезал:

— Поздно. Да и не хватит ему всех драконьих запасов, чтобы расплатиться.

И тут в переговоры вступил Файервинд.

— Я извинюсь. — Было видно, что он всерьёз переламывает свою гордость. — Публично. И верну Глэдвиг.

У дворка буквально упала челюсть.

— Чего? Дракон — извинится? Вернёт? Да тебя камнем по башке присадило, что ли?

У ревизора дёрнулась щека.

— Нет, — мрачно уронил он.

— Тогда что? — Любопытство дворка было раззадорено не на шутку.

Файервинд помолчал, а затем с крайней неохотой ответил:

— Я хочу, чтобы госпожа Блессвуд спаслась. А с неё вполне станется остаться здесь со мной.

Клочки бровей дворка поползли вверх.

— Ого! — изумился он. — Чтобы дракон, да ради ши… Чтобы ши, да ради дракона… Чудные дела творятся!

Насчёт последнего я была полностью согласна. Весь этот разговор настолько противоречил привычной моей реальности (пусть даже с магией и общением с елью!), что меня так и подмывало ущипнуть себя: не сплю ли?

А дворк ещё какое-то время задумчиво изучал нас и наконец постановил:

— Ладно. Обручальных связей я между вами не вижу, но кто его точно знает… В общем, можешь и ты идти, дракон. За извинение и Глэдвиг. Но учти! — Он погрозил пальцем. — Вздумаешь обмануть, как твой родитель…

— Клянусь огнём, — сухо произнёс Файервинд, протягивая ладонь, и на ней вспыхнул золотой язычок. — Как только окажусь в Скайшире, исполню обещанное.

— Годится, — кивнул дворк и отступил, освобождая дорогу. — Ну чего вы? Проходите.

Тогда я крепко взяла Файервинда за руку (мало ли что у дворка на уме) и потянула растерявшегося от такой вольности ревизора в портал. Шаг — и мы уже стояли в другой пещере, огромной и гулкой. С её высокого потолка свисали гроздья причудливых, слабо светящихся сталактитов, а по полу были разбросаны крупные, в полтора-два человеческих роста обломки скал.

Портал за нашими спинами погас, и дворк распорядился:

— Топайте за мной. Сразу всех по домам отправлю, чтоб горы лишний раз не тревожить.

Всех?

Однако я решила пока не задавать вопросов: незачем без настоящей необходимости раздражать нашего спасителя. И потому мы в молчании двинулись следом за ним.

По моим ощущениям, шли довольно долго, а пещера никак не кончалась. Но вот наконец дворк остановился у одной из скал и со словами «На месте!» звонко хлопнул в ладоши. Камень замерцал уже привычным мне зеленоватым светом, и наш проводник позвал:

— Эй, выходите! До дому пора!

— До дому это хорошо! — послышался в ответ знакомый басовитый голос.

А когда прямо из скалы вышел черноволосый и косматый человек в крестьянской одежде, я не сдержала изумлённый возглас:

— Дольф? Так вы здесь, все трое?