Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 39

Надия изволила обедать вместе с нами, поэтому никаких серьёзных разговоров я за столом не затевала и не продолжала. А закончив с десертом, вообще извинилась и, отговорившись усталостью, поднялась в свои комнаты. «Сестричка» восприняла мой демарш с почти не скрываемым презрением («И это графиня Блессвуд?»), а Файервинд — с небеспочвенным подозрением. Я же, оказавшись в спальне, первым делом внимательно осмотрела все её уголки и закоулки, а вторым — вызвала Нанну, чтобы договорить о поездке на северо-запад.

На этот раз никто не помешал старушке во всех подробностях рассказать, как здесь путешествуют зимой.

— Сани обязательно крытые, — перечисляла Нанна, — вон те, большие, на которых батюшка ваш иногда ездить изволили. Еды дня на три, меховые шатры на случай, ежели ночевать в лесу придётся. Но лучше-то, конечно, ехать от деревни до деревни, пусть и самых захудаленьких. Мужиков, опять же, человек десять взять: дорогу разведывать да пробивать, волков да лиходеев отгонять. — Старушка пожевала губами и заключила: — А лучше всего, голубушка, до тепла эт отложить. Уж больно опасно.

— Нельзя до тепла, нянюшка, — вздохнула я и задала новый вопрос, уже не в тему, но не менее важный: — Скажи, а почему ты, когда я тебя утром о магах спрашивала, о знахарке из Силлурского леса не вспомнила?

— Об ней-то? — удивилась Нанна. — Так разве ж она магичка-то, голубушка? Она так: человека или скотину от хвори травами вылечить, девке-дуре зелье какое дать, чтоб той кувырки на сеновале обошлись. Эт и не магия совсем.

Что же сходилось: примерно так говорил о знахарках и Файервинд.

— Вы разве не помните, — между тем продолжала старушка, — как к вам маленькой прежняя знахарка, Лалли, приходила? Вы тогда шибко застудились, три дня в жару метались. Ну я и, — Нанна разгладила юбку, — позвала её в замок-то. Ох и ругался батюшка ваш, как узнал! Ох и ругался! Выгнать меня грозился. Да ток вы после на поправку пошли, вот он выгонять раздумал. Но слово взял, что б и ноги никаких знахарок в замке не было. И прочим запретил: мол, сами ходите куда хотите, а сюда чужих ни-ни.

Любопытно. И чем же старому графу не угодили знахарки?

— А Делия, которая сейчас живёт в лесу, — ученица этой Лалли? Откуда она вообще взялась?

Стоило мне об этом спросить, как старушка мгновенно растеряла словоохотливость.

— Того не ведаю, голубушка. Да и зачем вам оно?

Я неопределённо повела плечами.

— Просто Хендрик упомянул при господине Файервинде, будто она сбежала от барона Хантвуда. Вот я и заинтересовалась.

Нанна поджала губы, пробурчала:

— Ну Хендрик! Вроде мужик, а язык по-бабьи без костей! — и уже более внятно сказала мне: — Сплетни, голубушка, всякие ходят, ток кто ж те сплетни слушает? Вам они точно ни к чему.

— Но нянюшка, — я добавила в голос немного напора, — барон всё-таки мой жених. Я должна знать, что о нём говорят.

— Вот потому, что он жених ваш — не должны, — неожиданно твёрдо ответила Нанна. — Спаться вам лучше будет. К тому ж было бы что-то стоящее, а то сплетни дурные!

Не скажет, поняла я. Что же, буду пытать Хендрика — может, обмолвится о чём-то. Тем более мне в любом случае обсуждать с ним поиски браконьеров и предстоящее путешествие.

На этом я отпустила Нанну, а сама отправилась в кабинет — к карте и уже набросанному маршруту до Кривого хутора. Было несколько участков, на которых я предполагала ночевать под открытым небом, и теперь, с учётом полученных от старой няньки рекомендаций, требовалось прикинуть, можно ли без этого обойтись.

***

По моему строжайшему распоряжению Хендрик должен был явиться ко мне сразу же, как вернётся в замок. Ни с кем не разговаривая и нигде не задерживаясь. И судя по тому, что стук в дверь кабинета раздался вскоре после того, как я заметила из окна суету и мелькание факелов во дворе, моё приказание было выполнено безукоризненно.

— Доброго вечера, Хендрик, — кивнула я вошедшему ловчему. Тулуп, который он не успел снять, был порядком заснежен, а на длинных усах до сих пор не растаял иней. — Проходите к огню. Какие новости привезли?

— Да особо никаких, ваше сиятельство, — отозвался Хендрик, даже шага не сделав к жарко пылавшему камину. — Ни следа не нашли, хотя прочесали всё отсюда до Снориджа и добрую треть Силлурского леса. Собаки кого хочешь чуяли: и лису, и зайца, и лося. Только не человека.

Я медленно наклонила голову: не зря Файервинд вернулся ещё в полдень. И сказала:

— Что же, жаль, но верю, вы сделали всё, что смогли.

Ловчий неловко отвёл глаза:

— Простите, ваше сиятельство. Второй раз… — и замолчал, видимо, в мыслях вернувшись к первому разу: исчезновению графа Блессвуда.

— Скажите, — после недолгой паузы заговорила я, — барон Хантвуд присоединился к поискам?

— Да, ваше сиятельство. — Хендрик поднял на меня взгляд. — Мы встретились на опушке Силлурского леса. Я сказал, что там уже бесполезно искать, однако он всё равно туда поехал.

Хм. Решил под шумок вернуться в Хантвуд-холл? Или догадывался о чём-то, что не знали мы с ревизором и ловчим?

— Кстати, о лесе. Расскажите мне о живущей там знахарке. Кто она, откуда, сколько ей лет? Как поселилась в лесу?

Последний вопрос ещё не отзвучал, а я уже видела ту же реакцию, что и у Нанны: Хендрик замкнулся.

— Да поселилась и всё, — буркнул он. — Сколько себя помню, там всегда какая-то знахарка жила. А откуда они приходят и как друг дружку сменяют, не нашего ума дело.

— Вы её видели? — не отступала я. — Как она выглядит?

— Ну, как, — ловчий задумался. — Четверть века точно прожила. Правда волосы у неё совсем седые, оттого что с нездешними силами знается.

Хм. А Нанна и ревизор только о травах упоминали.

— Она как-то связана с бароном Хантвудом?

Хендрик закрылся окончательно.

— Бабы болтают.

— Что именно?

— Не знаю. Не до сплетен мне.

Вот же засада! Всем что-то известно, и никто не хочет поделиться!

— Понятно. А сегодня вы с ней разговаривали? О беглецах? — попробовала я зайти с другой стороны.

Ловчий отрицательно мотнул головой.

— Не встречались. К ней ведь без спроса не попадёшь — лес не даёт. Пускает только тех, кого она видеть хочет.

Даже так? Интересно, это всё ещё уровень обычной знахарки?

Впрочем, вряд ли ловчий мог на это ответить. Потому я сказала:

— Ясно. — И, не дав Хендрику с облегчением выдохнуть, поманила его к расстеленной на столе карте, которую для удобства сняла со стены. — А теперь взгляните сюда. Что вы думаете о такой дороге до Кривого хутора?..

Мой план зимнего путешествия ловчий выслушал без особой радости. Так же как Нанна попытался отговорить меня от затеи, однако поняв, что это бесполезно, снял тулуп и всерьёз взялся за обсуждение маршрута. Проговорили мы до самого ужина, и не передать, как неловко мне стало, когда служанка пришла сообщить, что стол накрыт, а я поняла, что Хендрик сегодня вряд ли нормально обедал. Поэтому я незамедлительно его отпустила, служанке велела передать на кухню, чтобы всем участникам поисков налили по кружке чего-нибудь согревающего, и только после этого отправилась ужинать сама.

С твёрдым намерением уже завтра утром объявить о начале сборов.