Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 37

— Приветствую, Сильвия.

Барон процедил это с таким лицом, будто я должна была ему добрую сотню золотых и самым наглым образом затягивала с выплатой.

— Здравствуйте, господин Хантвуд.

Зато мой щебет после такого приветствия прозвучал чистейшим издевательством, и барон неосознанно сжал правую ладонь в кулак.

— Не желаете что-нибудь выпить? — в том же тоне продолжила я и любезным жестом указала на кресла у камина. — Медовый взвар или, может, подогретый эль? Погода сегодня очень неприятная, согласны?

— Неприятная, — сквозь зубы повторил Хантвуд и, проигнорировав моё невербальное предложение присесть, перешёл к делу: — Я приехал узнать, как вы решили поступить с браконьерами.

Заход издалека? Разумно: это Надия могла списать лишние знания на разоткровенничавшуюся Нанну, а у барона таких источников не предполагалось.

— Пока никак, — кристально честно ответила я, и Хантвуд сузил глаза.

— Почему?

— Мы с господином Файервиндом ещё не решили, что будет мудрее, — без запинки ответила я.

— В самом деле, Сильвия? — теперь тон барона колол острыми льдинками. — А может, вам просто больше не о ком что-то решать?

— О чём вы, господин Хантвуд? — Моему изумлённому виду позавидовал бы любой лицедей.

Барон жёлчно усмехнулся и вместо ответа потребовал:

— Проводите меня к этим преступникам. Я хочу поговорить с ними.

— Простите, господин Хантвуд, — на бароново несчастье, у меня был ответ и на это, — но господин Файервинд категорически рекомендовал никого к ним не пускать без его разрешения.

Усмешка барона превратилась в оскал.

— Рекомендовал не пускать? — Со стремительностью хищника он шагнул ко мне, сразу оказавшись опасно близко. — Точно? Или дело в другом, Сильвия? Например, в том, что мерзавцы сбежали этой ночью?

— О чём вы, господин барон? — Волоски на загривке стояли дыбом, сердце бешено качало кровь, однако я смотрела в лицо Хантвуду с видом искреннего недоумения. — С чего вообще это взяли?

Барон раздул ноздри.

— Вся округа только об этом и говорит.

Хорошее объяснение, оценила я. Но если бы Хантвуд примчался в замок завтра, оно прозвучало бы гораздо правдоподобнее.

— Простите, господин Хантвуд, — мне удалось сказать это с вполне естественным сожалением, — но я правда не могу это обсуждать. Господин Файервинд…

Барон побагровел.

— По какому праву?! — лязгнул он. — Вы моя невеста! Вы обязаны быть откровенны со мной! Так по какому праву этот Файервинд что-то вам…

И осёкся, потому что дверь в гостиную открылась и вошедший без стука ревизор преспокойно пояснил:

— По праву уполномоченного его величеством. Вы с чем-то не согласны, Хантвуд?

Это было без преувеличения великолепно: грозный барон сдулся на глазах, словно у него где-то была затычка, и Файервинд одним своим появлением её выбил.

— Прошу прощения, — барон отодвинулся от меня, и я подавила выдох облегчения, — но всё-таки мне хотелось знать, где преступники, которых я вчера привёл в Блессвуд?

— Не могу сказать, господин Хантвуд, — равнодушно ответил ревизор. — Этой ночью им помогли освободиться, и они бежали.

— Кто помог?

Файервинд пожал плечами и вроде бы невпопад ответил вопросом на вопрос:

— Скажите, господин Хантвуд, кто такая знахарка Делия?

Я навострила уши: это уже было что-то интересное. Что за знахарка, откуда и почему Нанна не упомянула о ней, когда я спросила о магах?

— Понятия не имею, — буркнул барон. — Кажется, в чащобе Силлурского леса живёт какая-то странная особа. Но как её зовут, мне совершенно неинтересно.

— Очень жаль. — Возможно, мне показалось, но в голосе ревизора прозвучала тонкая насмешка. — Как бы то ни было, господин Хантвуд, вы весьма поможете, если без промедления отдадите своим людям приказ отправиться на розыски беглецов.

Он в своём уме? Если Хантвуд их найдёт, то «уже мёртвыми» или «убитыми при попытке оказать сопротивление»!

Или… Или Дольфа с роднёй уже в принципе бесполезно искать? А задание исключительно для того, чтобы выпроводить отсюда барона?

— Займусь этим немедленно. — Хантвуд расправил плечи. Мазнул по мне взглядом: — С вашего позволения, Сильвия. — И широким шагом вышел из гостиной.

Я подождала, пока за ним закроется дверь, и с милейшей улыбкой обратилась к ревизору:

— Доброго дня, господин Файервинд. Неужели вы уже закончили поиски?

— Перестаньте, госпожа Блессвуд, — поморщился тот. — Я не ваш жених, чтобы разговаривать со мной в подобном тоне.

Я приподняла брови:

— Не понимаю, о чём вы. Однако с большим вниманием выслушаю, что вы узнали от Кати и о результатах поездки с ловчими. А ещё мне весьма любопытно, к чему была упомянута некая знахарка.

Файервинд хмыкнул, подошёл к креслам и, непринуждённо опустившись в одно из них, устало вытянул ноги к огню камина.

— Вы сердитесь, — констатировал он, глядя на меня снизу вверх. — Напрасно: я действовал в ваших интересах.

— И в интересах его величества, которому нужны лес по приемлемой цене и процветающий север королевства, — безэмоционально поправила я. С нажимом повторила: — Так что вы узнали? — и Файервинд не без сожаления развёл руками:

— Боюсь, ничего полезного.