Раздраконить ревизора, или Лесопилка для попаданки

Глава 57

— Да что вы? Да куда? А покушать?..

Но я, поняв, что толку от растерявшейся Нанны пока не будет, уже доставала из шкафа шерстяное платье.

— Да вы хоть булочку скушайте, голубушка! — не успокаивалась нянька. — Хоть с собой возьмите!

— Хорошо, хорошо. — Я очень старалась не позволить раздражению прорваться в голос. — Нянюшка, тогда я сама оденусь, а ты собери мне еды в дорогу. И скажи, чтобы сани закладывали, ладно?

Охающая и ахающая Нанна наконец отправилась заниматься делом, а я принялась натягивать платье. И заодно получила возможность немного остыть и уже с более или менее холодной головой взглянуть на ситуацию.

Итак, Файервинд решил не тратить время на споры по поводу моего участия в экспедиции, а попросту умотал разгадывать тайну сам. И, что самое неприятное, взял с собой ловчего, наверняка рассчитывая, что тот поможет отыскать пресловутую знахарку.

— Ничего, — пробормотала я, застёгивая последний крючок на корсаже и сердито сдувая с глаз надоедливую прядь, — у меня тоже есть козырь в рукаве.

Например, умение разговаривать с деревьями (я очень надеялась, что это получится и во второй раз). Пусть меня только довезут до леса, а там… Там что-нибудь придумаем.

Я надела сапожки и зимний плащ и, решительно постукивая каблуками, вышла из спальни.

***

— Поиски начинать, если мы не вернёмся к полуночи, — наставляла я Нанну, стоя рядом с санями. — Если никого не найдёте в течение суток…

— Да что вы такое говорите, голубушка! — Нянька прижала ладони к щекам. — Уж простите, но типун вам на язык!

—…отправь послание королю, — продолжила я деловым тоном. — Расскажи всё, что случилось и проси прислать комиссию для расследования. Что касается Нади, её не выпускать ни под каким предлогом. Она… много чего натворила, и Блессвуд не может ей достаться. Понятно?

— Понятно, госпожа Силь. — Вид у Нанны был откровенно страдающий. — Только вы не придумывайте глупостей, Создателем прошу! И вы вернётесь, и господин Файервинд, и всё будет хорошо!

Она вдруг шмыгнула носом, и я ласково её обняла.

— Конечно, нянюшка. Я это рассказываю просто на всякий случай. Но ты запомни, ладно?

— Ладно, госпожа Силь. — Нанна смахнула слезинку. — Да хранит вас Создатель!

— Непременно, нянюшка, — через силу улыбнулась я.

Забралась в запряжённые двойкой лошадей сани, укутала ноги меховым фартуком и громко велела кучеру:

— В Силлурский лес! Трогай!

И кони сорвались с места.

***

— Филипп!

Разговаривать во время поездки было не очень удобно, однако всё равно лучше, чем изводиться от нетерпения и беспокойства.

— Да, госпожа?

— Как давно уехал господин Файервинд? — К своему стыду, я так торопилась и была так зла, что не сообразила потратить немного времени на расспросы слуг. — Мы сможем их догнать?

— Мож и получится, — подумав, откликнулся кучер. — Оне перед самым полуднем велели коней седлать.

Уже хорошая новость!

— Уехали вдвоём с Хендриком? Больше никого не брали?

— Нет, госпожа.

— А собак?

— И собак тоже.

Хм. И как же ревизор собрался разыскивать знахарку? Магией?

— Филипп!

— Да, госпожа?

— А чем господин Файервинд занимался перед отъездом, не знаешь?

Хотя откуда ему? Об этом следовало расспрашивать Нанну, а я…

— Да вроде просто со слугами да с ловчими беседовал. Меня вот спрашивал, что у Обережных скал случилось.

Обережные скалы? Так, что ли, называется то место, где мы с ревизором попали под обвал?

— И что же там случилось?

Сани подлетели к крутому повороту, и кучер сначала ловко прошёл его, а лишь затем отозвался через плечо:

— Да жуть, госпожа! Главное, ни с того ни с сего! Как зашумело, как посыпалось… Хорошо, Хендрик сразу сказал на другом берегу Каменной речки лагерь устраивать, да ещё в сторонке. Народ, правда, ворчал, что неудобно и снега много. Зато когда обвалилось, только страху натерпелись. А так и нас бы там завалило.

— Предусмотрительно, — пробормотала я. — Опыт — вещь серьёзная.

И всё же что-то мне в этой истории не нравилось. Вот только что?

Я тряхнула головой, пока откладывая смутные предчувствия, и задала новый вопрос:

— Филипп, а что с людьми барона? Теми, которых нашли?

— Толком не ведаю, госпожа. Мы их, как его светлость велел, отогревали, покуда дрожки из Хантвуд-холла не приехали. Ну, и увезли всех. Да вы не волнуйтесь, они ещё у скал очухиваться начали.

Уже неплохо.

— Говорили что-нибудь?

Кучер пожал плечами.

— Парни рассказывали, ерунду какую-то болтали про лесных страшилищ. Ток откудова этим страшилищам взяться средь бела дня?

Ну, положим, после виденной мной колдовской обманки, такому удивляться не стоило.

— А барон? Его так и не нашли? Никаких следов?

— Нет, госпожа! Не до того нам было, мы вас с господином Файервиндом откопать пытались. Покуда скалы не рявкнули.

То есть пока некоему дворку не надоела суета вокруг его жилища. Что же, хотя бы с этим не было вопросов.

Я откинулась на спинку саней, обдумывая услышанное, а резвые кони несли нас всё дальше, той же дорогой, что и во время поисков Хантвуда. И в точности, как тогда, моё сердце забилось чаще при виде голубоватого частокола елей и пихт впереди.

— Филипп! Можешь предположить, откуда господин Файервинд решил заезжать в лес?

Кучер ненадолго задумался и ответил:

— Да зимой тута, пожалуй, один путь. Вот как господина барона искали.

Я кивнула, не столько ему, сколько самой себе, и распорядилась:

— Вези к той поляне, где пропали следы баронского отряда!

И где росла мать-ель, с которой у меня в прошлый раз получилось пообщаться.

Если уж спрашивать, что творится в лесу и где искать ревизора с ловчим, то только у неё.