Противу други своя

* * *

К Валдаю шведская армия подошла в конце июля, за несколько дней до святой Ольги,[1] и конечно же там её ждали.

— Невелик заслон, — усмехнулся командовавший хакапелитами молодой лейтенант, — мы и без рейтар их легко сметём.

— Не стоит так пренебрежительно относиться к врагу, — осадил его командир роты, выдвинутой на разведку, многомудрый капитан успел повоевать с московитами и знал цену их пехоте. — Московиты умеют преподносить неприятные сюрпризы.

— Но вы же сам говорили, гере капитан, — принялся тут же оправдываться лейтенант, машинально проведя пальцами под едва пробивавшимся под верхней губой усикам, как делал всякий раз, чувствуя себя не в своей тарелке, — что их пехота хорошо дерётся за укреплениями. А тут они даже рогаток перед собой не выставили.

— Ты смотришь, но не видишь, — покачал головой капитан, специально выехавший с отрядом, чтобы самому поглядеть на берег реки, словно клинком перерубавшей тракт. — Обрати внимание на коней на берегу. Даже не считая я могу сказать, их больше, чем московитских аркебузиров, стоящих в заслоне, и при них коноводы. На флангах сидят в сёдлах рейтары. Они, конечно, не чета нашим, однако нам с ними пришлось бы повозиться. Выучка у них хороша, а московиты, как всякие татары, природные всадники.

— Значит, это их драконы, — понял лейтенант. — Они хотят дать пару залпов для вида и отступить за реку. А рейтары прикроют их во время отступления.

— Всё верно, — кивнул капитан, — и потому никакие рогатки им не нужны. У них кони наготове. Только насчёт пары залпов я не был бы так уверен. В этом случае им не нужны были бы рейтары для прикрытия. Нам хотят навязать серьёзный бой на переправе, а эти драконы с рейтарами лишь передовое охранение. На другом берегу нас ждут куда более серьёзные силы.

— Но для чего здесь оставили драконов с рейтарами? — не понял лейтенант, снова принявшись теребить едва пробившиеся усы, которыми в душе очень гордился.

— Чтобы мы не переправились на тот берег, — вздохнул капитан, понимая, что смену ещё учить и учить, и лейтенант совсем не понимает, что одних усов для воинской карьеры недостаточно, тем более таких жидких. — Не узнали, сколько там ждёт нас московитских войск. Ведь именно для этого и выставляют заслоны.

Когда разведка вернулась с докладом, то к де ла Виллю тут же подъехал капитан остготландских кирасир Пер Браге-Младший,[2] молодой офицер из очень хорошего графского рода. Он мечтал о славе и упустить такой шанс считал попросту преступлением.

— Мой эскадрон сметёт московитов в реку, — заявил он. — Клянусь честью, они и одного залпа дать не успеют, прежде чем наши коню растопчут их.

На знамени кирасирского эскадрона красовался чёрный слон, а под ним готическим шрифтом было выткано «Приехали топтать». Вообще, собственное знамя у эскадрона — это почти нонсенс, однако остготладским кирасирам его вместе с девизом даровал ещё покойный король Карл, чем они, конечно, очень гордились.

— Ступайте с Богом, — кивнул ему де ла Вилль, отлично понимавший, что остановить капитана не сумеет, но может лишь усилить его, а потому отправил вместе с кирасирами две роты рейтар.

Браге воспринял это как оскорбление, но смолчал. Как всякий молодой человек и тем более молодой офицер он считал, что всё знает побольше старших и уж воевать умеет куда лучше чем какой-то французский наёмник. Однако вместе с его закованными в чёрную сталь кирасирами ехали и рейтары в более лёгких доспехах и на куда худших конях. Отвязаться от них возможности не было, потому что даже внуку самого графа Браге Старшего, одного из пяти Великих офицеров Швеции, нельзя нарушать прямого приказа, кто бы его ни отдал. Уж это-то Браге Младший понимал отлично.

[1] 24 июля

[2] Не надо ловить автора за руку, он отлично знает, что в 1612 году Перу Браге Младшему было всего десять лет