Беглец пересекает свой след

КРОВАВАЯ ЗВЕЗДА СУДЬБЫ

В «Сказке о матери» Ганса Христиана Андерсена вы также найдете Смерть как представителя если не совсем добра, то, по крайней мере, предполагаемого лучшего. Иначе, абсолютное добро противопоставляется абсолютному злу.

Вряд ли это лучший поступок в мире — позволить ребенку расти в убеждении, что он был вырван из пасти смерти, только для того, чтобы стать пешкой злых сил Вселенной. Но так было и со мной. Я был твердо убежден, что мне нельзя позволять умереть, пока я не совершу какой-нибудь злодейский поступок. Это часто наполняло меня мужеством отчаяния. Я верил в кровавую звезду судьбы: Я не могу умереть, пока не выполню волю Йенса Нордхаммера! Грех против Святого Духа! Это я должен совершить! Но, видите ли, грех против Святого Духа — это не более чем чувство неуверенности, сопровождаемое полноценным ужасом, ибо грех против Святого Духа может быть практически чем угодно. Каждый священник и служитель чувствует себя призванным высказать свои соображения по этому поводу, и это приводит к прекрасному результату: у всех нас есть одинаково веские основания полагать, что все мы, включая священников, действительно совершили этот грех. Ничто во всем христианстве не ведет так сильно к позору в глазах Закона Янте, как этот знаменитый грех против Святого Духа. Но я уже давно потерял всякую надежду на то, что когда-нибудь смогу его распознать.

Вместо этого я обнаружил у себя еще один грех. Из десяти заповедей существует только одна, которая до сих пор остается закрытой за крепостной стеной ужаса, и это Пятая («Не убивай.» у католиков — прим. переводчика). Остальные девять меркнут на фоне Закона Янте.

Человек вовлечен во все и переживает все. Я принадлежал мертвому Йенсу Нордхаммеру точно так же, как Фауст принадлежал Мефистофелю. Нордхаммер защищал меня и обеспечивал мне безопасное путешествие по миру до тех пор, пока я не убью человека. После этого мне, конечно же, должно быть позволено жить еще некоторое время за свой счет и на свой страх и риск, в награду за то, что я позволил ему исполнить через меня свою волю.