Беглец пересекает свой след

ДЕЛО ПРАВОСУДИЯ

Глубокая пропасть разделяет объяснимое и необъяснимое убийство. Убийца, попавший в тиски закона, оказывается перед дилеммой более чем в одном смысле. Ведь он оставляет задачу объяснения своего поступка другим умам и, вместе с этими другими умами, убежден, что обнаружение — тот факт, что его преступление стало известно, — является синонимом объяснения. В этом заблуждении он находит удовлетворение, и снова человеческий разум легкомысленно уклоняется от истины. В нашем сознании есть место лишь для определенной доли совести. У задержанного человека нет совести в отношении самого убийства, потому что она оттеснена новым чувством вины, основанным на том, что его преступление стало достоянием общественности. И как только он будет приговорен к смерти, все чувство вины должно уйти, чтобы освободить место для ужаса. Дело правосудия — помешать любому исследованию истинной проблемы конкретного убийства.