Йога: Искусство коммуникации (4-е издание)

434

В. С. БОЙКО. ЙОГА: ИСКУССТВО КОММУНИКАЦИИ

ГЛАВА 19. ЙОГА И ХРИСТИАНСТВО

435

галлюцинации может быть любым, равно как и сопровождающий ее вазо-моторный антураж, однако в традиционной йоге (в отличие от исихазмаили буддийских сект), содержание медитации не программируется !« О внимании можно говорить либо как о свежей идиосинкразической (не-посредственной) реакции индивидуума на уникальные свойства объекта,либо как о попытке индивидуума подчинить внешнюю реальность некойпредустановленной в сознании классификации. Во втором с лучае мы имеемдело не с познанием мира, а с распознаванием в нем тех черт, которыми мысами же и наделили его. Такого рода “познание” с лепо к динамике, к флукту-ациям и новизне, это скорее рационализация прошлого (предварительного) опыта » («мотивация и личность») .единожды случившийся у аскета «пробой» (переживание благодати)в дальнейшем происходит проще, поддержание мастерства в самадхи так-же во много раз легче, чем его наработка .итак, если непрерывная молитва христианских аскетов (и не только, вотбуддийский пассаж: «... Точно зная , что есть благо, он (монах) очищает ум отсомнений », «дигха-никая», III, 49) ведет к переживанию фантомной реально-сти, возгоняемой подвижником, то йогину в его начальных прозрениях от-крывается какая-то часть подлинной конфигурации мировых взаимосвязей .если йога обеспечивает системный прирост информации (неважно,извне либо изнутри . – В. Б. ), увеличивающий «калибр» личности, то бла-годать мистического христианства – информационно нулевое состояние,«короткое замыкание» суженного до предела сознания, которому присво-ен статус окончательной истины .Переживание самадхи также имеет «вкус» завершенности, и это по-нятно: субъект ощущает неразрывное единство с миром, частью которогоявляется всегда, независимо от того, жив он или мертв .« Синергия, соработничество Божественной и человеческой энергий –ключевой момент всей икономии Богообщения » (с . 127) .« И Бог и человек встречаются в сфере личности » (с .128) . В благодатисознание встречается не с реальным Богом, но с представлением о нем,что подтверждают слова мейстера Экхарта: « Дай нам Бог так томитьсяпо Господу, чтобы это заставило его Самого родиться в нас! »« Во всех своих проявлениях – походке, телесной позе, дыхании и т. д. (буд-дийский . – В. Б. ) аскет должен обнаружить «истины», провозглашенные Учи-телем; иначе говоря, он превращает все свои движения и поступки в предлог

(материал . – В. Б. ) для медитации » («йога: Бессмертие и свобода») . Подоб-ная технология гораздо круче «умного делания», это тотальное програм-мирование – буддийский монах всегда, везде и во всем воспринимает мири действует в нем с привязкой к четырем «благородным истинам» .Возникает вопрос о следствиях обожения, явленных внешнему миру,и тут можно снова обратиться к Экхарту: « Ес ли в какой-нибудь душе естьБожья благодать, то как ясна эта душа, как подобна Богу, как сродни Ему!И всё же она никак не действует. Благодать не действует, не соверша ет никакого дела, она с лишком благородна для этого: действие так же далекоот нее, как небо от земли » («реальность нереального») . Экхарт ясно по-нимал специфику благодати, вынужденно «брезгливой» к окружающему,что показывает ее абсолютную камерность и бесполезность .« Устремление к благодати должно сохраняться, подтверждаться, само-воспроизводиться всегда » (с . 129) – вот цель жизни аскета .отцы отмечают, что сама природа благодати исключает возможность форси-рованного ее получения: « Когда человек, измаявшись, бросает свою самодеятель-ность и, имея ум свой нагим от раздумий и помышлений, весь повергается перед Бо-гом (Григорий синаит), то вот таким он оказывается прозрачен для благодати » .если подвижник получает обожение только в результате полного изъ-ятия из социума, то йога требует молчания ума только на время практики .Более того, в средство самонастройки и очищения могут быть превраще-ны некоторые виды сравнительно простой деятельности (Карма-йога) .« Нельзя никаким конкретным действием обеспечить расположение все-го существа к принятию благодати. Этому расположению присущ особый,сверхъестественный тип энергийного образа, который отличается гло-бальным единством всего множества энергий » (с . 132) .« Как в страстном состоянии человек всецело предан и подчинен стра-сти, так в благодатном расположении он (согласно святителю Феофану)« исполнен самопреданием Господу, но, в отличие от страсти, это располо-жение хотя и доминантно, однако же, не имеет никакой здешней доминан-ты. Поэтому оно таинственно: любая деятельность, любая конкретнаяэнергия, даже и направляющаяся к Богу, может на деле оказаться лишь от-влекающим «шумом», препятствием и зас лоном для благодати » .Невольно вспоминаются слова Набокова о достоевском: « Ус лышаввопль его ночной, подумал Бог: ужель возможно, чтоб всё, придуманное Мной,так страшно было бы и с ложно?!»