Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

«Адмирал Нахимов» и мальчик Бананан

Вообще-то кинорежиссер Сергей Соловьёв не должен был оказаться на том концерте в Ленинградском рок-клубе, потому что в августе 1986 года он собирался ехать в круиз — провести серию творческих встреч на борту лайнера «Адмирал Нахимов». Но потом он выяснил, что его фильм под названием «Чужая белая и рябой» отобрали в конкурсную программу Венецианского фестиваля, и ему пришлось ехать в Италию, а не в круиз по Черному морю. В Венеции он узнал, что круизный лайнер «Адмирал Нахимов» затонул около Новороссийска, 423 человека — более трети всех, кто был на борту, — погибли.

Но Соловьёву повезло дважды: мало того что он выжил, его фильм получил приз жюри в Венеции. Тем не менее именно осенью 1986 года он ставит себе целью снять что-то уникальное, что будет интересно не только фестивальной публике, но и широкой зрительской аудитории. Каким должен быть фильм, он пока не знает, но уверен, что в нем должна быть очень современная и модная музыка. Соловьёву 42 года, и он не имеет ни малейшего представления о том, что нравится молодежи. Именно поэтому ему нужен проводник в этот неведомый мир. Так он знакомится с Борисом Гребенщиковым — ему дают телефон БГ, объяснив, что это самый популярный молодой музыкант в СССР.

Они собираются встретиться в телецентре в Останкине. «Скажите, а как мне вас узнать?» — спрашивает Соловьёв, даже не догадывающийся, что БГ уже кумир миллионов. «Ну я, знаете, такой худощавый блондин», — посмеивается певец. «А я такой полноватый, начинающий седеть бородатый брюнет», — поддерживает режиссер.

Вскоре после встречи Соловьёв показывает БГ сценарий, который называется «Здравствуй, мальчик Бананан», про юного неформала-бунтаря и предлагает Гребенщикову главную роль. Тот отказывается, говоря, что не подходит по возрасту: ему скоро исполнится 33. Но он готов помочь и рекомендует на главную роль 20-летнего Сергея Африку Бугаева. Правда, БГ согласен стать композитором фильма и отдать несколько своих песен.

Для Африки это просто спасение. Дело в том, что у него нет никакой официальной работы (то, что он андеграундный художник и музыкант, работой не считается), а значит, по советским законам он тунеядец. Работа в кино, да еще у Соловьёва, режиссера «Мосфильма» и лауреата Государственной премии, — это счастливое избавление от назойливого внимания органов. Но у Африки есть условие: он хочет, чтобы в кино снимался не только он, но и его друзья. И он ведет режиссера на концерт «Кино». При этом Соловьёв уже что-то слышал о Цое, его студент Рашид Нугманов рассказывал: «В Ленинграде есть подвал один, в подвале кочегарка, и там, в этой кочегарке, кореец хреначит и при этом еще поет песни».

Однако концерт превосходит все его ожидания. «Когда на сцену вышел Витя Цой, я был совершенно сражен», — будет вспоминать Соловьёв.

После выступления они знакомятся, и Соловьёв говорит Цою, что очень хочет закончить свой фильм именно песней «Хочу перемен».

Цой, естественно, соглашается, даже не понимая, о чем этот фильм. Он тоже хочет быть кинозвездой, как его кумир Брюс Ли. «Трудно ощущать себя звездой и при этом работать кочегаром» — так говорит он в одном из интервью.

Съемки должны начаться в ноябре 1986-го, и Африка считает дни: он боится, что милиция схватит его за тунеядство до этого.