Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Интеллигентный батюшка

9 сентября 1990 года священник Александр Мень выходит из дома. Он живет в Подмосковье, по лесной тропинке ему надо дойти до станции, сесть на электричку и доехать до поселка Новая Деревня — там находится его церковь.

Мень — наверное, самый популярный православный священник в СССР, он известный публицист, пишет статьи и книги, часто выступает по телевидению, к нему стекаются прихожане из столицы, его церковь — центр притяжения московской интеллигенции.

В то утро священник не успевает дойти до станции — по дороге в лесу на него нападают и наносят несколько ударов топором по голове. Истекая кровью, он возвращается к дому, жена видит его у калитки и даже не сразу узнаёт. На вопрос, кто это сделал, Мень отвечает: «Это неважно». Он умирает еще до прибытия скорой.

Смерть Александра Меня — первое испытание для новоизбранного патриарха Алексия. Дело в том, что в РПЦ не все любят убитого. С одной стороны, он никогда не был церковным диссидентом, публиковался в официальных изданиях и никогда не конфликтовал с церковным начальством. С другой стороны, он звезда перестройки, слава пришла к нему именно потому, что он либерал и гуманист. Он был духовным отцом многих советских диссидентов. А далеко не все отцы церкви, лояльные партии и КГБ, придерживаются похожих взглядов. Наоборот, их можно считать сторонниками лигачёвской «русской партии».

В официальном заявлении по поводу убийства священника новый патриарх вынужден немного дистанцироваться от покойного: «Не все его суждения полностью разделялись православными богословами, но ни одно из них не противоречило сути Священного Писания, где как раз и подчеркивается, что надлежит быть разномыслиям между вами, дабы явились искуснейшие».

Важная деталь из биографии Меня — он выходец из еврейской семьи, его родители были иудеями, но сам Александр был крещен в шестимесячном возрасте. Среди его прихожан тоже много крещеных евреев, что, конечно, является красной тряпкой для националистов-антисемитов. Духовным чадом отца Александра был знаменитый поэт и музыкант Александр Галич, в 1974-м уехавший на Запад и посвятивший ему свою знаменитую песню «Когда я вернусь». Лидер общества «Память» Дмитрий Васильев говорит, что Мень — еретик и что как проповедник он очень опасен.

Мень попадал и в поле зрения государства: в 60-е годы у него проходили обыски из-за его знакомства с Солженицыным. В 70-е глава КГБ Юрий Андропов писал в докладной записке в ЦК, что «прокатолический священник» Мень является орудием борьбы Ватикана против СССР.

Настоятель храма в Новой Деревне был в каком-то смысле противоположностью священнику другому церковному диссиденту, Дмитрию Дудко: вокруг одного собирались московские либералы, вокруг второго — русские патриоты, поклонники Российской империи. Но если Дудко еще в 1980 году был арестован, сломался в заключении и стал каяться в антисоветской деятельности, то Меня власть не стала трогать. Впрочем, среди верующих бытовало мнение, что приход отца Александра находится «под колпаком» — КГБ внимательно следит за всеми, кто к нему приезжает. В некотором смысле это продолжение той же политики, которую придумал зампред КГБ Филипп Бобков, разрешая Ленинградский рок-клуб: лучше легализовать и держать под контролем, чем запретить и загнать в подполье.

Впрочем, если «дудковцев» КГБ удалось за эти годы приручить (именно в их среде было создано общество «Память»), то «меневцев» спецслужбы недооценили. В начале 80-х они казались слишком маленькой угрозой — в конце 80-х стало очевидно, что именно демократы, а не националисты задают тон в обществе.

И Михаил Горбачев, и Борис Ельцин требуют немедленно найти убийц Меня. Следствие задерживает то одного, то другого подозреваемого — всего за время расследования больше 50 человек дадут признательные показания. Большинство версий окажутся бытовыми. Один из соседей священника станет утверждать, что убийство ему заказали два «черных человека» — люди из РПЦ. Брат покойного будет уверен, что убийство совершил КГБ. Впрочем, в итоге никого так и не признают виновным.