Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Кино про сперматозоиды

12 апреля 1982 года в ленинградском Клубе современной музыки в ДК Ленсовета проходит концерт. Это новый проект Сергея Курёхина. Он привлек большую компанию друзей для совместной импровизации-вакханалии: шаманские камлания, таджикские танцы, несколько саксофонистов играют одновременно, Курёхин прыгает на рояле и под роялем, Гребенщиков ломает гитару об пол. В какой-то момент под барабанную дробь Гребенщиков сначала надувает красный воздушный шарик, а потом торжественно его протыкает булавкой. Именно этот момент — а не все остальное музыкальное хулиганство — ленинградские чиновники воспринимают как политическую провокацию. Концерт проходит в День космонавтики, в КГБ считают, что лопнувший шарик — это насмешка Гребенщикова над советской космонавтикой. Директора ДК Ленсовета увольняют за «идеологическую диверсию», Клуб современной музыки закрывают. Музыканты ошарашены: меньше всего им приходило в голову вкладывать в свои музыкальные безумства какие-либо политические смыслы.

Следующий концерт — 4 июня 1982 года. Конференц-зал Главного архитектурно-планировочного управления города Москвы. Послушав накануне «My Way» в исполнении бас-гитариста Sex Pistols Сида Вишеса, Курёхин и Гребенщиков решают сделать что-то стилистически похожее — и исполняют классическую советскую балладу «Подмосковные вечера», но только в духе грязного панк-рока. В решающий момент женщина, которая отвечает за конференц-зал, не выдерживает и с криком «Я прекращаю это безобразие» вырубает свет.

Курёхин и Гребенщиков всего на семь-десять лет младше Михника и Валенсы, но их совсем не интересуют новости из Польши или Афганистана. Они, конечно, не высмеивают советскую действительность — они стараются ее игнорировать. Друзья продолжают свои панковские эксперименты: во время следующего выступления Гребенщиков играет на гитаре электробритвой, а Курёхин бешено барабанит по роялю, топает ногами и стучит по нему кулаками — это он называет панк-джаз.

Еще одно любимое развлечение вечного импровизатора Курёхина — мистификация. Он может придумать любую безумную историю и с серьезнейшим видом рассказывать ее знакомым, пока не убедится, что ему точно поверили. На «Мосфильме» снимается фильм о жизни сперматозоидов, в главной роли — Иннокентий Смоктуновский, а Валентин Юдашкин подбирает костюмы для актера, убедительно вещает Курёхин, слушатели кивают. А Григорий Распутин, оказывается, был внебрачным сыном Льва Толстого. Сам Толстой в конце жизни принял ислам, а 16 февраля 1883 года сделал обрезание. Для максимальной убедительности Курёхин называет номера архивных фондов, откуда он почерпнул эту информацию.

Еще Курёхин и Гребенщиков любят фотосессии. Они дурачатся, изображая рок-звезд, позируют друзьям-фотографам в безумных позах, делая вид, что снимаются для обложек новых (несуществующих) альбомов.

Примерно в это время на пути двух самоуверенных непризнанных гениев появляется третий — скромный 19-летний юноша с азиатской внешностью по имени Витя Цой. До 1981-го он играл на гитаре в группе «Автоматические удовлетворители», но теперь решает создать собственную. Старший товарищ Борис Гребенщиков, не особенно задумываясь, предлагает юному Цою назвать группу «Гарин и гиперболоиды». Это отсылка к фантастической повести Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», которую читали все советские подростки. Цою идея не очень нравится, но с Гребенщиковым он не спорит.

Взлет группы «Гарин и гиперболоиды» заканчивается, не начавшись. Осенью 1981 года Цой узнаёт, что ударника группы Олега Валинского забирают в армию. Ему везет: он едет служить не в Афганистан, а на безопасную Кубу ⓘ.

Вскоре 19-летний Витя на одной из домашних вечеринок знакомится с Марьяной Родованской. Ей 23 года, и она работает в цирке. Они начинают встречаться, и Марьяна сразу приходит к выводу, что у Цоя большое будущее.

Витя ищет новых музыкантов и придумывает новое название для группы — «Кино». Марьяна сначала приносит из цирка для группы списанные костюмы, а потом становится ее менеджером. Цой — чтобы его не обвинили в тунеядстве — устраивается работать кочегаром в котельную. Это позволяет ему уделять музыке максимум времени.

В мае 1984 года Гребенщиков дает квартирный концерт в Новосибирске и рассказывает слушателям: «Кореец у нас один в Ленинграде есть, в кочегарке работает. Записал в одиночку прекрасный концерт. Уверен, что он станет очень популярным». «Кореец? В России? Это вряд ли…» — отвечают ему. Официально в Советском Союзе нет расизма и царит дружба народов, но представить себе звезду с азиатской внешностью совершенно невозможно. Настя, жена Сергея Курёхина, будет вспоминать, что, когда БГ знакомил ее с Цоем, он сказал что-то вроде «я, может быть, талантливый музыкант, а это — просто гений».