Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

«За что вы нас расстреливаете?»

Пока в Москве прощаются с Сахаровым, в Румынии — самой тоталитарной стране Восточного блока — вспыхивают народные волнения. Румынский диктатор Николае Чаушеску довел страну до нищеты, при этом сумел построить абсолютный тоталитаризм северокорейского типа.

Старт протестам дают события в городе Тимишоаре. Там 16 декабря пытаются выселить из дома местного диссидента — венгерского пастора. Соседи берут его жилище в кольцо, чтобы защитить. К ним присоединяются все больше людей. Протесты разрастаются, и Чаушеску приказывает армии разогнать митингующих. Министр обороны Василе Миля отказывается применять силу, командование берет на себя его заместитель Виктор Стэнкулеску.

17 декабря протесты подавлены. По утверждениям свидетелей, армия не только использует водометы, но и открывает огонь на поражение. Сколько на самом деле жертв, неизвестно, но, по слухам, их десятки тысяч. (Позже станет известно, что погибли около сотни человек.)

Чаушеску полагает, что конфликт исчерпан: 18 декабря он уезжает с рабочим визитом в Иран, а на хозяйстве оставляет жену. Это нормальная для Румынии практика. Елена Чаушеску занимает пост первого вице-премьера, а пропаганда величает ее «мать нации». Но уже 20-го глава государства вынужден вернуться. Он приказывает свезти в столицу «отряды самообороны» — «отобранных пролетариев», которые при случае помогут подавить протесты.

21 декабря Чаушеску выступает с балкона своей резиденции в Бухаресте перед митингующими. Прямо во время его речи в толпе раздаются крики: «Долой», «Крыса» и «Тимишоара». Чаушеску пытается успокоить людей, но охрана заставляет их с женой уйти с балкона.

В городе волнения, на улицах танки. Чета Чаушеску ночует в президентском дворце. На следующий день, 22 декабря, супруги вместе с несколькими приближенными на вертолете покидают Бухарест — их забирают прямо с крыши здания ЦК.

Объявлено, что министр обороны покончил с собой. Вскоре возникнет легенда, что Чаушеску приказал ему разогнать толпу, но тот ответил: «Я по народу стрелять не буду». И его застрелили. Тогда все тот же заместитель министра обороны Стэнкулеску, который еще недавно подавлял восстание в Тимишоаре, решает, что время Чаушеску ушло, и перестает ему подчиняться. Он арестовывает брата диктатора и закрывает воздушное пространство над Румынией, угрожая сбить вертолет Чаушеску, который все еще в воздухе.

Впрочем, есть и другая версия: будто бы Стэнкулеску поменял свое отношение к диктатору не сразу, а после того, как получил сигнал из Москвы. Тогдашний глава МВД Советской Молдавии Владимир Воронин будет утверждать, что Чаушеску с женой уже долетел до границы с СССР и двигался в направлении Одессы — но тут из Москвы поступила команда не пропускать его вертолет, и ему пришлось развернуться. Такое решение мог принять только лично Горбачёв — и он действительно презирал румынского диктатора. Но было ли у него время заниматься его судьбой, успели ли ему доложить о событиях в Румынии? Сам Горбачёв будет утверждать, что узнал о свержении Чаушеску значительно позже.

Так или иначе, Чаушеску не удается никуда улететь. Пилот высаживает супругов неподалеку от города Тырговиште. Они останавливают попутку и приказывают водителю везти их. Но уже в Тырговиште рабочие местного предприятия встречают машину градом камней. В здание местного комитета партии их не пускают. В тот же день вечером они задержаны военными.

Но столкновения не утихают. События в Румынии совершенно не похожи на то, как недавно происходила смена власти в других странах Восточной Европы. В Польше, Венгрии, Чехословакии, Болгарии и ГДР прежние коммунистические руководители ушли мирно, не цепляясь за кресло. Румыния — первая страна, где революция сопровождается кровопролитием, причем противостояние не прекращается даже после того, как Чаушеску свергнут.

В Москве тем временем идет второй съезд народных депутатов. Каждое заседание начинается с того, что Горбачёв зачитывает присутствующим сводки о ситуации в Румынии. Как правило, точной информации нет, и он несколько дней подряд говорит, что точное местонахождение Чаушеску неизвестно. Депутаты спрашивают, почему СССР не вмешивается, а Горбачёв разводит руками: мол, западная пресса драматизирует, а что на самом деле происходит, непонятно.

У Горбачёва, действительно, в эти дни голова идет кругом. Как раз в разгар съезда литовская компартия отделяется от КПСС, а США вторгаются в Панаму. На самом съезде тем временем обсуждаются две самые важные темы последних лет: дело Гдляна и Иванова и парламентское расследование событий в Тбилиси 9 апреля.

23 декабря следователь Иванов, напарник Гдляна, заявляет: «Нас можно уничтожить физически, но нас никогда не поставить на колени перед мафией и ее покровителями. <…> Я абсолютно убежден в том, что достаточно скоро придет время, когда мы начнем привлекать к ответственности своих хонеккеров, своих чаушеску, своих живковых и наконец-то дадим оценку тем отцам застоя, которые довели сегодня страну до кризиса».

Румынская революция заканчивается на следующий день после завершения съезда в Москве. 25 декабря в городе Тырговиште, там, где в последние три дня в военном гарнизоне содержится чета Чаушеску, организуют очень странный суд. Он проходит очень быстро, больше похож на постановку, никаких адвокатов нет. Свергнутый диктатор говорит, что это все обман, и отвергает все обвинения. «Обман — то, что вы делали в течение 25 лет», — отвечает судья.

Николае и Елену Чаушеску приговаривают к смертной казни. Им говорят, что у них есть десять дней на апелляцию, но сразу же ведут на расстрел. Когда Чаушеску понимает, что его вот-вот убьют, он начинает кричать «Смерть предателям!» и потом запевает «Интернационал». «За что вы нас расстреливаете? Ведь я была вам матерью!» — восклицает Елена Чаушеску. Солдаты отвечают: «Да что ты за мать, если убивала наших матерей!»

Допеть «Интернационал» Николае Чаушеску не успевает. По ним с женой открывают огонь. Их тела будут сутки валяться на стадионе «Стяуа» в Бухаресте. Позже станет известно, что суд организовал все тот же замминистра обороны Стэнкулеску, который сам недавно расстреливал людей в Тимишоаре.