Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Последняя исповедь

В июне 1989 года Сергей Параджанов начинает снимать новый фильм. Он называется «Исповедь». Режиссер говорит, что это будет автобиографический фильм. Правда, он странный: по сценарию в самом начале фильма главный герой, сам Параджанов, умирает еще в детстве.

Начинаются съемки. В первый день работают над сценой похорон девочки-соседки. Вечером режиссеру становится хуже — он начинает кашлять кровью. Ему диагностируют рак легких, в октябре в Москве делают операцию.

Уже в больнице Параджанову попадается в руки журнал, где публикуется книга про Владимира Маяковского. Вдруг он обнаруживает там описание того, что муза Маяковского Ляля Брик в глубокой старости будто бы была безнадежно влюблена в режиссера Параджанова и из-за неразделенной любви покончила собой.

Возмущенный, он пишет письмо в редакцию: «Лиля Юрьевна — самая замечательная из женщин, с которыми меня сталкивала судьба, — никогда не была влюблена в меня, и объяснять ее смерть «неразделенной любовью» — значит безнравственно сплетничать и унижать ее посмертно». Впрочем, это письмо так и не будет опубликовано.

Это типичный для Параджанова случай: большая часть написанных им сценариев была отправлена в корзину, задуманные фильмы никогда не были сняты. Он никогда не мог быть уверен, что его затеи дойдут до массового зрителя, поэтому превращал в шоу и в театр каждый момент своей жизни. И даже сейчас, когда он уже всемирная звезда, журнал с характерным названием «Театр» запросто его игнорирует.

Режиссеру становится все хуже. Президент Франции Франсуа Миттеран предлагает ему лечение в Париже. Но он долго отказывается — скорее из суеверия: несколько лет назад как раз в этом городе умер от рака его близкий друг Андрей Тарковский. «Не спасли Андрея — не спасут и меня», — говорит он.

Перед смертью он часто вспоминает ушедших друзей, например Высоцкого: «Вы все знаете его как крикуна и горлопана, а он был совсем другим человеком, очень глубоким человеком был, он умел гениально молчать. Молчал он гениально… И умер гениально — вовремя. Это надо уметь — уйти вовремя… Как и Гагарин, кстати».