Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Ельцин на танке

Ельцин приезжает в Белый дом. Звонит руководителям Украины и Белоруссии — они довольно холодны, оба говорят, что у них недостаточно информации, чтобы принимать какие-то решения. Члены его команды пытаются прояснить ситуацию, Бурбулис возглавляет политический штаб, Руцкой готовится к обороне, министр иностранных дел РСФСР Андрей Козырев обзванивает дипломатов — вскоре они съезжаются в Белый дом, чтобы узнать, что происходит. С одной стороны от Белого дома стоят черные автомобили с дипномерами, с другой — танки. Но никто не мешает иностранцам войти в Белый дом, никто не препятствует их встрече с Ельциным.

Перед встречей с послами помощник Ельцина Сергей Шахрай и министр иностранных дел России Козырев напоминают ему, что он должен призвать к освобождению Горбачёва. Ельцин не очень доволен: «Почему мы все время должны призывать к возвращению Горбачёва? Людям нет до него дела. Они поддерживают президента России».

Около 12 часов прибегает помощник и, по воспоминаниям Бурбулиса, чуть ли не кричит: «Танки, которые приехали нас окружать, остановились, некоторые экипажи открыли люки и разговаривают с людьми». Ельцин встает и решительно объявляет: «Я иду туда».

Бурбулис его отговаривает: там могут быть снайперы на крышах, провокаторы в толпе, это огромный риск. Ельцин выходит на балкон, чтобы сориентироваться. Постояв пару минут там и оценив толпу на площади, он решает: «Всё, дайте мне текст обращения, я иду туда».

Он выходит из здания, залезает на танк перед толпой и зачитывает обращение, написанное утром на даче. У Белого дома, естественно, множество журналистов — и теперь главной новостью во всем мире становится не только переворот, но и сопротивление Ельцина.

«Это гениальное, я бы сказал, звериное чутье политика, — так оценивает поступок Ельцина Бурбулис. — В этом поступке не только шанс на победу, но и сама победа. Еще до полудня он полностью переворачивает ситуацию. После этого — весь день звонки, мы убеждаемся в том, что сделано что-то невероятное».

В это время в Кремле начинается первое заседание ГКЧП — все в сборе, кроме Павлова, которого прямо с дачи увезли в больницу. Решают немедленно арестовать Ельцина, закрыть все газеты, кроме коммунистических, ввести военное положение в Москве.