Поющая революция

В августе 1988 года Александр Яковлев по поручению Горбачёва посещает Латвию и Литву. В обеих республиках уже идут митинги. Самый либеральный член политбюро встречается с местной интеллигенцией и приходит к выводу, что задавить начавшийся процесс невозможно, так что стоит попытаться его возглавить. Дело в том, что большая часть жителей республик выступает за суверенитет — правда, «в составе СССР». Этот тезис содержит в себе некоторое противоречие, но именно таков предел мечтаний самых смелых граждан СССР летом 1988 года.

Вернувшись в Москву, Яковлев предлагает членам политбюро подумать о превращении СССР в конфедерацию, в которой у Литвы, Латвии и Эстонии особый статус. Это, конечно, революционная идея — и остальные ее совсем не понимают. Никакого дальнейшего обсуждения нет.

11 сентября 1988 года на Певческом поле в Таллинне собирается 300 тысяч человек — это почти треть населения республики. У всех максимальное воодушевление: хотя люди просто поют, всем ясно, что это сугубо политическое мероприятие.

1 октября открывается учредительный конгресс Народного фронта Эстонии. Вскоре съезды движений за независимость проходят в Литве и Латвии.

В Вильнюс на учредительный съезд «Саюдиса» в октябре 1988-го приезжает поэт Андрей Вознесенский. Лидером движения становится тот самый музыковед, профессор консерватории Ландсбергис. Популярность ему приносит его умение говорить то, что он думает, и не стесняться самых резких выражений. Хотя организация формально и называется «Движением за перестройку», Ландсбергис не скрывает, что это лишь ширма. «Перестройка по существу, по содержанию должна означать перемены, — будет объяснять он позже. — Мы так и понимали, мы все хотели перемен, потому что знали, что советский строй изжил себя и обанкротился. Нам нужны были перемены по всем швам, по всем измерениям. Не только как-то поправить экономику, и надуть Запад, и еще насосать денег от Запада, как это представлял себе Горбачёв».

Как раз во время съезда первый секретарь Бразаускас, который явно вступает в борьбу за народные симпатии, принимает решение передать католической церкви кафедральный собор Вильнюса. До этого в республике, как и во всем СССР, было запрещено отмечать любые религиозные праздники, включая Рождество. Актриса Ингеборга Дапкунайте вспоминает, что учителя в школах часто нарочно спрашивали у детей 25 декабря, какие подарки они получили. Это была проверка — нужно было притворяться, что Рождество не празднуют, никаких подарков нет, их будут дарить только на разрешенный «светский» Новый год.

Однажды, будучи еще школьницей, Дапкунайте попалась в эту ловушку и призналась учительнице, что в их семье отмечали Рождество. Ее родителей после этого вызывали в школу, а отцу, работавшему дипломатом, пригрозили исключением из партии. Но теперь это в прошлом: с 1988 года праздновать Рождество можно.

Загрузка...