Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Хана

Как позже будет вспоминать Алкснис, во время съезда Горбачёв говорит ему: «Ты меня постоянно клюешь, а вот попробовать самому управлять такой огромной страной слабо? Как руководитель группы «Союз», давай своих кандидатов в правительство, рассмотрим». Алкснис задумывается — и тут вспоминает про Жириновского. Звонит ему и спрашивает, готов ли он войти в состав правительства СССР от группы «Союз». Тот просит выдвинуть его на должность главы Контрольной палаты СССР. Но в итоге такой орган не будет создан — Жириновский останется без министерского портфеля.

Черняев пишет в дневнике, что президент обсуждает с помощниками кандидатуры новых премьера и главы МИД. На пост министра иностранных дел и Черняев, и Примаков предлагают Яковлева. «Не проходит», — сухо отвечает Горбачёв.

На пост премьера Черняев рекомендует Анатолия Собчака, у него как раз уже появился опыт управления Ленинградом — и Горбачёв, кажется, заинтересован. Но в итоге он выберет министра финансов Валентина Павлова.

Наконец, съезд должен выбрать вице-президента. Раньше ходили слухи, что Горбачёв предложит пост Шеварднадзе или Яковлеву, но теперь ветер дует в другую сторону.

Акакий Асатиани вспоминает, что как раз накануне съезда Горбачёв поднимает вопрос о вице-президенте на заседании Совета Федерации — в разговоре с главами всех республик. Ельцин демонстративно уходит, мол, руководящие должности в Союзе его не интересуют, а остальные остаются.

Слово берет первый секретарь Узбекистана Ислам Каримов:

— Михаил Сергеевич, мы, мусульмане, составляем больше трети населения, а скоро и половина Союза будет мусульманская. А в армии уже половина, а скоро две трети будут.

— Да, хорошо. И что это значит? — спрашивает Горбачёв.

— Мы считаем, что из нашей веры должен быть вице-президент.

— У вас и кандидатура есть? — улыбается Горбачёв.

— Да, конечно, — говорит Каримов, — вот, Нурсултан Абишевич, — и показывает на Назарбаева, президента Казахстана.

— А вот что скажет на этот счет христианская Грузия? — спрашивает Горбачёв.

— Он популярен у нас и авторитетен, мы бы поддержали, — заверяет Асатиани.

Президент СССР обещает подумать. Но на съезде выдвигает совершенно другого человека — безликого чиновника, руководящего советскими профсоюзами, Геннадия Янаева. Он неизвестен вообще никому, кроме Горбачёва, который помнит его по комсомольской юности. «Янаев хороший исполнительный парень, — вспоминает знакомый его семьи, — его многие по-человечески любили. Но хороший парень — это, конечно, не профессия».

С первой попытки съезд Янаева не выбирает, но Горбачёв настаивает. Со второго дубля все получается.

В перерыве между заседаниями съезда замглавы грузинского парламента Акакий Асатиани и глава парламента Армении Левон Тер-Петросян курят около Кремлевского дворца съездов. К ним подходит человек — хочет стрельнуть сигаретку. Асатиани дает ему, но тот никак не может прикурить, у него дрожат руки.

Грузинский политик помогает незнакомцу зажечь сигарету, а когда тот уходит, говорит:

— Что такое, что за бомжи здесь ходят?

— Не обзывайся, — говорит ему Тер-Петросян, — это не бомж, это будущий вице-президент Союза.

— Серьезно? — округляет глаза Асатиани. — Значит, хана.

— Хана, — соглашается Тер-Петросян.