Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Семейная ссора

Весной 1991 года Горбачёв нервничает и ждет, пригласят ли его на саммит «Большой семерки» в Лондон. В начале июня приглашение все же поступает — почти в последний момент.

Как пишет Черняев, самый большой спор среди советских руководителей накануне поездки — раскрывать ли западным партнерам сумму внешнего государственного долга (240 миллиардов долларов). Абалкин за, чтобы «разжалобить» и пошантажировать угрозой катастрофы. Остальные считают, что в этом случае Горбачёву не дадут больше никаких кредитов.

Отношения с Западом становятся все более странными. Всем хорошо известны проблемы, которые испытывает Горбачёв на родине, но везде его принимают как суперзвезду. Он тем временем периодически устраивает сцены ревности мировым лидерам, которые оказывают знаки внимания Ельцину или другим главам советских республик.

Во время саммита «Большой семерки» между Горбачёвым и Бушем происходит совсем уж неловкая сцена.

«Я знаю, что президент США — человек основательный, что его решения — это решения серьезного политика, а не импровизация. <…> И в то же время создается впечатление, что мой друг президент США еще не пришел к окончательному ответу на главный вопрос: каким Соединенные Штаты хотят видеть Советский Союз?» — такими словами начинается длинный вопрос-монолог Горбачёва. В итоге он приходит к деньгам: «Мне вот что странно: нашлось 100 миллиардов долларов, чтобы справиться с одним региональным конфликтом [имеется в виду война в Персидском заливе], находятся деньги для других программ, а здесь речь идет о таком проекте — изменить Советский Союз, чтобы он достиг нового, иного качества, стал органической частью мировой экономики, мирового сообщества не как противодействующая сила, не как возможный источник угрозы».

Черняев слушает вопрос и злится на Горбачёва: «Если бы не Буш, не был бы ты сейчас здесь на «семерке». Зачем ты делаешь такую бессмысленную бестактность?»

Буша постановка вопроса явно злит: «Видимо, я недостаточно убедительно излагаю свою политику, если возникают сомнения относительно того, каким мы хотим видеть Советский Союз. <…> Я попробую ответить еще раз. Мы хотим, чтобы Советский Союз был демократической, рыночной страной, динамично интегрированной в западную экономику…»

В довершение всего после переговоров президенту СССР докладывают, будто бы Буш после встречи сказал помощникам: «Горбачёв устал, нервничает, не владеет ситуацией, не уверен в себе, поэтому и подозревает меня в неверности, ищет большей поддержки… Надо переключаться на Ельцина».

«Не верю я… <…> Это противоречит всей логике его поведения в последнее время… <…> — убеждает Черняев. — Зачем вам подкидывают все это?!»