Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз

Утро на даче

Борис Ельцин должен прилететь в Москву из Алма-Аты еще вечером 18 августа, но устроенный Нурсултаном Назарбаевым в его честь ужин затягивается. Поскольку у них «эксклюзивные отношения», Ельцин гуляет по полной. По воспоминаниям его пресс-секретаря Вощанова, Ельцин купается в холодной горной речке, играет на домбре и много пьет, после чего его самолет вылетает из Алма-Аты с пятичасовым опозданием.

Трудно сказать, какую роль в мировой истории играет этот ужин — действительно ли Ельцин был бы арестован по прибытии в Москву, как этого ожидает Бакланов. По этой версии, в КГБ был план перенаправить самолет Ельцина из Внуково на военный аэродром Чкаловский, там обезвредить его охрану, а самого его отправить в Завидово — на правительственную дачу, где любил охотиться Брежнев, и запереть там. Но в итоге этот план не реализуется. Возможно, КГБ полагает, что пьяный Ельцин не представляет опасности и еще будет время арестовать его утром.

Но пресс-секретарь Ельцина Вощанов описывает события иначе. По его словам, Ельцин и Назарбаев пьют допоздна, потом президента России грузят в самолет, и он летит в Москву. В аэропорту Внуково-2 его ждет министр обороны Язов — решено, что он поговорит с Ельциным и убедит его не сопротивляться чрезвычайному положению. Прождав больше часа, он уезжает после того, как ему докладывают, что прибытие спецборта откладывается на неопределенное время из-за нездоровья российского президента. Язов отлично понимает, что это значит: говорить с «приболевшим» Ельциным бесполезно.

Из аэропорта президента России везут на дачу — в правительственный поселок Архангельское-2. 19 августа его будит дочь Татьяна. По телевизору дикторы уже зачитывают сообщения о введении чрезвычайного положения. Уже на этой стадии ясно, что все идет не по плану заговорщиков. Десять лет назад, когда Войцех Ярузельский объявлял чрезвычайное положение в Польше, все лидеры «Солидарности» узнали об этом не из телевизионных новостей — их арестовали уже на рассвете. А еще во всей Варшаве была отключена телефонная связь.

Жена Ельцина с утра обзванивает его приближенных, они вскоре собираются у него на даче. Послушав новости, он звонит командующему воздушно-десантными войсками Павлу Грачёву. Они недавно познакомились, выпили вместе и, как думает Ельцин, подружились. «Ты с нами?» — спрашивает Ельцин. Грачёв, которому еще несколько дней назад было поручено разработать планы захвата зданий после введения чрезвычайного положения, замявшись, говорит: «С вами!» и не раскрывает Ельцину, какова его роль в перевороте.

Вскоре на кухне у Ельцина собираются Бурбулис, Силаев, Полторанин и даже случайно оказавшийся в этот день в Москве мэр Петербурга Собчак. Они решают, что произошел государственный переворот и нельзя вести переговоры с заговорщиками. Пишут текст «Воззвания к народу», в котором требуют не подчиняться приказам ГКЧП.

Потом, опасаясь, что сейчас их всех вместе накроют, они разъезжаются. Собчак летит в Петербург, оставив Ельцину своего телохранителя Виктора Золотова. Ельцин, Силаев, Бурбулис и остальные, каждый на своей машине, отправляются в Белый дом — здание Верховного Совета РСФСР.

Выехав на шоссе, они видят засаду. Бойцы группы «Альфа», те, что полгода назад штурмовали Вильнюсскую телебашню, а в декабре 1979 года брали штурмом дворец Амина в Кабуле, теперь заняли позицию неподалеку от дачи Ельцина, на выезде из Архангельского-2. Однако российские лидеры проносятся мимо на максимальной скорости, и те их не останавливают. Почему-то Крючков дал команду следить за Ельциным, а не арестовать его. Видимо, он все еще уверен, что с президентом России удастся договориться.

Один из немногих, кто арестован тем утром, — это депутат Тельман Гдлян, не обладающий никакой властью и никаким политическим влиянием.

Тем временем созваниваются глава КГБ и министр обороны: с раннего утра они проводили совещания со своими подчиненными. Язов приказал ввести в Москву несколько войсковых соединений: две десантные дивизии, одну танковую и одну мотострелковую.

Крючков жалуется Язову: «Никого не могу найти: Павлова, Янаева, Бакланова — никого нет. Куда же они, могли деться?» «Так они же до утра у Янаева пьянствовали», — вздыхает министр обороны.