Выстрелы на Красной площади
7 ноября 1990 года — главный праздник в СССР, день Октябрьской революции. По Красной площади проходит военный парад, а вслед за ним — народное шествие. Среди демонстрантов идет Александр Шмонов, 38-летний слесарь из Ленинградской области.
Под пальто у него — резиновый коврик, который скрывает очертания спрятанного обреза. В руках — плакат с надписью «Государство, крепись!». В кармане — записка: «На случай моей смерти сообщаю, что я хотел попытаться убить президента СССР Горбачёва М. С.».
Поравнявшись с мавзолеем, он откидывает плакат, вытаскивает двустволку и стреляет в Горбачёва. Происходящее замечает милиционер Мыльников и пытается выхватить у слесаря ружье. Шмонов стреляет еще раз, после этого к нему подбегают несколько сотрудников КГБ. Несостоявшегося убийцу арестовывают. Телевизионную трансляцию прерывают, как и в мае этого же года. Но на этот раз причина более серьезная.
На допросе Шмонов рассказывает, что поначалу он был сторонником Горбачёва, но потом разочаровался в нем. Особенно тяжело он воспринял подавление митинга в Тбилиси в апреле 1989 года и кровавые события в Баку в январе 1990-го. Именно после этого он задумался об убийстве генсека.
Втайне от семьи Шмонов получил охотничье удостоверение, купил двустволку, долго тренировался. 6 ноября он приехал из Ленинграда в Москву. Утром 7 ноября зарядил оружие патронами повышенной убойной силы, надел парик, наклеил усы, нацепил бинт на нос. «Я смотрел, чтобы около Горбачёва не было Ельцина и Попова, то есть людей, которые избраны демократическим путем, а насколько я рассмотрел, около Горбачёва были Лукьянов и Рыжков, они тоже избраны недемократическим путем», — будет говорить он на допросе.
Экспертиза признает Шмонова душевнобольным, его отправят на принудительное лечение. Спустя годы Горбачёв будет утверждать, что не придал покушению особого значения. Впрочем, возможно, он забыл свои ощущения: начало ноября 1990 года — максимально тяжелый для него период.